Легенды Зоны

Мастерская группировка, обеспечивающая процесс игры, выполнение сценария и различных квестов.

Лесник

 

Я лежал на траве. Сильно болела голова, мысли с трудом ворочались, совсем не желая упорядочиваться по-хорошему… Кто-то рядом пошевелился. Или что-то… я с трудом приподнялся, пытаясь понять, где нахожусь и что это было…. Нащупал рядом старое ружье.

Местность незнакомая. Меня окружало что-то вроде опушки, опушку, в свою очередь, лес… по крайней мере, что-то вроде того. Мало ли, я ведь принял это что-то за траву, которая оказалось чем-то непонятным, шевелящимся, но не противным, и на вид – не опасным. Я стал стараться восстановить в голове цепочку событий, хоть что-то мне объясняющую.

Надо было разобраться, где я нахожусь, и как сюда попал…

 Надо было разобраться  кто Я?

 Меня охватил ужас: Кто Я???..

То, что Я принял за не траву, похожую на траву, являлось травой. Вот только окружал ее не лесок, а Лес, огромный, дикий и густой. Ночи в то время бывали холодные, а волки – голодные. В голове пронеслись воспоминания, я бы смог найти общий язык с обитателями сего необычного прибежища зверей и птиц, почти со всеми.

 «Как меня зовут, кто я, на меня с особой быстротой накатывалась паника. Господи надо, надо встать. Да, для начала надо просто подняться и найти кого-нибудь. Или проснуться, Боже мой,  если это сон, то он чертовски реалистичен…

Сгущались сумерки. Лес становился каким-то более живым, он был уже не чем–то вроде фона, он был Кем-то, кто может причинить зло, равно, как и спасти жизнь. У меня не было сил идти. Длинные волосы спутались, испачкались, из носа текла кровь. Хорошенько ж я где-то приложился, видать, когда падал на землю, ударился. Что-то еще мне мешало - это была тупая боль в висках. Мне чертовски было больно, хотелось закричать, но я лишь стиснул зубы и сжал комья земли в руках в попытке заглушить крик. Голова кружилась и тело все ломало, как при хорошей простуде.

Постепенно всплывали воспоминания…тяжелый гул, небо алеет на горизонте, лес как будто замер в ожидании непоправимой катастрофы. И начался Выброс, самый первый, самый страшный. Потому что никто не знал, что это такое, никто не был к нему готов.

 Много позже я узнал, что появилась Зона, наполненная аномальными порождениями, чудными существами, и отчаянными сталкерами.

То было время рождения Зоны.

То было время, когда мир изменился

То было время, когда я стал Лесником.

 

 

Че

 

Оставляя на траве кровавый след, я карабкался по склону овражка. Из раны в ноге, разорванной лапой-пилой псевдоплоти, вытекала кровь, а с ней и моя жизнь. В голове я вел отсчет метрам, что оставались до точки с координатами, которые нежданно свалились мне на ПДА в тот момент, когда я отбился-таки от мутантов, получив при этом серьезную рану. Я не знал, что там впереди, но это был мой единственный шанс. Аптечки у меня не было, рация была сломана, а долбаная Сеть опять работала с перебоями, и я не мог отправить просьбу о помощи. Силы уже оставляли меня, когда я увидел вход в бункер. Дверь в него была открыта настежь. Я протиснулся в узкий тамбур, за которым начинался темный коридор. Когда я продвинулся вглубь метра на три, надо мною вспыхнул свет, в стене справа от меня что-то громыхнуло, и дверь в стене медленно открылась. Я ввалился внутрь, боясь потерять сознание на пороге. Квадратное помещение, какие-то платы и прочий электронный хлам на полу. А вот и он, заветный ящичек с красным крестом. Антисептик, жгут, тампон, бинт, антидот и антишок, и я провалился во тьму.

Бункер спас меня. В нем были медикаменты, было электричество. Из первого помещения коридоры уводили в огромный лабиринт из проходов и комнат с серверами, генераторами, электронными архивами. На вторые сутки я окончательно убедился, что это не остатки лаборатории яйцеголовых, и не узел связи, покинутый вояками, а тот самый легендарный бункер Че, куда стекалась информация со всей сталкерской Сети. Бункер явно пытались разграбить мародеры, но кто-то или что-то им помешал, и они в спешке покинули его, бросив ценнейшее оборудование валяться на бетонном полу. Многие сталкеры в последнее время сетовали на то, что Сеть работает с перебоями - сообщения не доходят до адресата, ПДА зависают при попытке подключения. Все это объяснялось плачевным состоянием техники вокруг, но почему бывший хозяин покинул бункер, я не знал...

Окрепнув и отдохнув, я принялся за работу. Первым делом я наладил подачу воздуха во внутренние помещения. Попытался восстановить охранную систему бункера, но у меня ничего не вышло, и я просто завалил дверь изнутри разным хламом, установив в тамбуре пару растяжек. Еще через трое суток я восстановил связь с ретрансляторами, вещавшими на всю Зону, а вечером того же дня наткнулся на послание от Че.

 Я как раз закончил подсоединять кабели оптического интерфейса к магистрали основной базы данных, как вдруг один из мониторов ожил, выведя адресованное мне послание:

"Здравствуй, камрад. Ты - один из немногих сталкеров, которые имеют достаточно знаний и опыта, чтобы продолжить мое дело. В прошлом ты был компьютерщиком, и потому я наблюдал за тобой с момента твоего появления в Зоне. Охранная система бункера должна была передать тебе координаты, как только она засечет сигнал твоего ПДА, и впустить тебя внутрь. Я уверен, ты уже понял, где ты и кто я. Я уже вряд ли вернусь, а Зоне нужна Сеть, поэтому возлагаю на тебя ответственность за работу Сети. Почини те узлы, что вышли из строя. Восстанови отношения с барыгами и лидерами группировок - досье на них ты найдешь в базе данных. Помни - всегда соблюдай нейтралитет. В твоих руках окажется такая информация, за которые многие готовы будут убить не раздумывая. Распоряжайся ей очень осторожно. Примешь одну из сторон, и тебя сгноят остальные. Я ошибся, поддался эмоциям и сделал неверный ход. Теперь я должен исправить ситуацию. Надеюсь, что я осуществлю задуманное, и вслед за мной исчезнут и те, кому я перешел дорогу, так что они не потревожат тебя. Зоне нужна Сеть, а у Сети всегда должен быть Че. Удачи тебе. ЗЫ: Все схемы оборудования и коды доступа к мэйнфрейму я приаттачил."

Прошло два месяца. Я восстановил практически все сервера, и Сеть теперь снова работает стабильно. Я владею всей информацией, проходящей через Сеть, и, анализируя ее, получаю ценнейшие сведения. Теперь я - Че. Информация - мой хлеб и залог моего существования. Но не ищи меня, брат сталкер, я не люблю нежданных гостей. Если будет надо, я сам тебя найду.

 

 

Болотный доктор

 

Когда-то он был простым человеком, но жизнь его перевернула встреча с Монолитом- Исполнителем желаний.  Тогда еще, будучи человеком, он загадал желание- Научиться лечить всех. Монолит это понял по своему и исполнил желание. С тех пор любое существо Зоны, будь то сталкер или мутант, могло быть спасено им от любой болезни.

 И Зона стала для Доктора домом, а ее обитатели соседями.

Болотный  Доктор  самый общительный призрак Зоны. Он охотно лечит попавших в беду сталкеров, причем не берет за это ни копейки денег. Зато и отказывать ему в просьбах не принято. За тяжелейшую шестичасовую операцию он может попросить у пациента принести ему новую зубную щетку, а за зашитый порез на руке какой-нибудь сложный медицинский агрегат стоимостью в несколько тысяч баксов.

Может вообще ничего не попросить, отпустив пациента с миром, а через несколько дней сообщить, что ему, что то нужно, случайным сталкерам, оказавшимся на краю Болота.

Он помогает приходящим к нему существам совершенно бескорыстно, поэтому ему кажется вполне естественным, что ему тоже чем-нибудь помогают, когда он оказывается в затруднительном положении: оборудованием для операционной и лаборатории, свежими продуктами, каких в Зоне хрен достанешь, бытовой техникой, медикаментами, инструментом, книгами. Доктор живет у себя на Болоте. Один. Редко куда выбирается. Но примерно раз в месяц приходит в Бар, чтобы затариться всем необходимым. Бармен его не только продовольствием, но и медикаментами снабжает.

Тут правило такое, ежели Доктору чего нужно, он только на бумажке название пишет, а Бармен к следующему его визиту, в лепешку расшибется, но достанет. Все сталкеры, что заходят в Бар оставляют Бармену деньги для Доктора. Кто сколько может. И честные бродяги всегда стараются выполнить его просьбу.

 Доктор  это общее достояние, обидеть Доктора  это хуже, чем запустить лапу в общак клана. Темные, по-моему, вообще постоянно ему, что то носят, вне зависимости от просьб и распоряжений : артефакты, еду, местные растения, радиоактивные металлы. Впрочем, на то они и слуги Хозяев Зоны. А Доктор у Хозяев явно на привилегированном положении.

Наверно, если бы рассеянный Доктор был предоставлен сам себе, он месяцами питался бы галетами и тушенкой из банок, даже не вспоминая о деликатесах. Некоторые сталкеры говорят, что видели на болоте его дом. Скромный такой домишко, похожий на загородную дачу небогатого университетского декана. Только малость побольше ,  у него там и операционная, и лаборатория, и больничные боксы. Но никаких украшательств, никаких излишеств: все очень строго и функционально. Никакого забора, утоптанная площадка перед домом вместо двора. Большой бак с водой, работающий дизельный электрогенератор под деревянным навесом, рядом какое то странное сооружение из переплетенных медных трубок и проводов, напоминающее антенну.

 

 

Шаман

 

-Ну что сучара, так и будешь молчать?
Главарь бандитов склонился над связанным и избитым сталкером.
-Да ты пойми, терпила, ты сливаешь нам инфу о своем напарнике и о вашем схроне и мы тебя отпускаем, сечешь?
-Иди ты на хер!
-Мля, ну ты в натуре достал меня!
Пахан принялся пинать связанного сталкера, остальные бандиты смотрели на это с явным удовольствием.
К пахану обратился один из бандитов:
-Это, Ботаник, да ты его щас жмуром сделаешь, не узнаем ведь ничего тады.
-Хера с два, эта падла живучая попалась-ответил пахан и обратился к пленнику:
-Мля сталкер, последний шанс тебе даю, скажешь-умрешь быстро, не скажешь, да и хер с тобой, еще пожалеешь, что отказался говорить.
-Да пошел ты!
-Ну все сталкер писец те настал, ты мне больше не нужен.

-Слышь, Качига помоги, оттащить этого урода
-Че, кончаем терпилу?
-Не, пусть его Зона возьмет, оставим этого упыря под Выбросом.
Пахан отошел подальше, достал пистолет и демонстративно прицелившись, выстрелил два раза, по ногам сталкера.
-Ну все, счастливо отдохнуть, у"бок. Ты оставайся тут, а мы сваливаем, нам еще минут двадцать переть до подвала, а Выброс уже маячит на горизонте-сказал пахан и от души вдарил ногой по лицу сталкера.
Бандиты ушли…

Очнулся я от мощного гула и яркого света. Попытался было встать, но резкая боль в прострелянных ногах чуть не отправила меня обратно в беспамятство. Вспомнил сразу что произошло и где я нахожусь.
-На улице Выброс, колени прострелены. Ну, вот и всё, отбегался значить, прошептал я про себя.
Все небо было красного цвета, фиолетовые молнии проскакивали между облаками и иногда опускались на верхушки деревьев. Выброс набирал силу. То тут, то там рождались новые аномалии, старые умирали, появлялись артефакты.
Из последних сил я закричал, падая в беспамятство:
-Зона, отпусти меня, пусть я просто умру.
А дальше тьма и тишина…
Я не чувствовал своего тела, не мог им пошевелить, даже закрыть обратно глаза не мог. Просто лежал, запрокинув голову вверх и смотрел, как над Зоной идет Выброс. Мне было всё равно. Вскоре гул и вой стали стихать понемногу, небо стало приобретать свой привычный сероватый оттенок. Закапал дождь, мелкий и холодный, а я все лежал и лежал.
И вдруг, как будто вспышка пронзила моё тело, какая-то энергия влилась в меня, наполняя меня новой жизнью. Я чувствовал, как с этой энергией вливается в меня Душа Зоны, делая меня с ней одним целым. Я понял, что она избрала меня для чего то, что пока не доступно моему пониманию. Но я обязательно узнаю…

 

 

Черный сталкер

 

С него сдернули маску, и Шухов плавающим после удара в висок взглядом уловил наклонившееся к нему лицо. Черт.
— Где добыча?
— Какая добыча? — прохрипел еще ничего не понимавший Дима.
— Твой рюкзак с добычей, которую ты насобирал на «Ростке». И не надо отпираться, я прекрасно видел, как ты по той стоянке с ловушками бегал. А потом умудрился от меня удрать. В котельную ты вернулся уже без рюкзака, значит, где-то его спрятал. Где? Говори.
— Так значит это ты тогда по мне стрелял… — Шухов горько усмехнулся. — А я-то думал…
— Где рюкзак, козел??? — завопил подскочивший к пленнику Сапог и принялся жестоко избивать парня. У бывшего зэка от всего произошедшего за последние дни окончательно «поехала крыша», зациклившись на звериной жестокости и агрессии. Наверное, он забил бы Диму до смерти, не вмешайся Черт и рубящим ударом в основание черепа не успокой Сапога. Зэк шатнулся, отскочил прочь и замер, глухо рыча из-под маски.
Дима сплюнул на землю тягучую от крови слюну и несколько осколков зубов. Нос оказался сломан, и из ноздрей надувались и тут же лопались алые пузыри. Один глаз медленно заплывал, второй с ненавистью уставился на наемника.
— Повторяю вопрос: где рюкзак? — Черт вытащил нож. — В твоих интересах сказать правду. Иначе я уже сам займусь тобой, и пощечины нашего нервного друга покажутся тебе сказкой. Говори.
Но Шухов собрал оставшиеся силы и, выгнувшись дугой, что было мочи поддал снизу вверх связанными ногами в пах наемнику. Того силой удара отбросило назад, наемник скорчился на земле, воя от боли. Тогда Сапог подскочил к разбушевавшемуся пленнику и обрушил ему на голову приклад автомата, проломив череп. Дима потерял сознание.
Через несколько минут Черт, держась за пах руками, медленно поднялся, сел, затем встал. Шатаясь, подошел к ничком лежащему Шухову, откинул капюшон с головы и увидел страшное месиво крови, волос и мозга на его голове. Повернулся к Сапогу:
— Ты что наделал, дебил? Ты же убил его, мразь!
— Ни хрена, — ответил уголовник, — Дышит еще.
— Долго не продышит. И в себя уже скорее всего не придет. Ну ты урод… — наемник пнул безвольное тело Димы в бок. — Ждать больше нельзя, а то потом мы никуда не залезем. Надо идти.
— Нет уж! — взвизгнул Сапог, — Я его сейчас еще с говном смешаю, я ему кишки на кулак намотаю!
А Сапог ликовал. Он уже понял, что бить полубезжизненное тело со вскрытым черепом бесполезно, значит, надо срочно изобрести нечто новенькое. Уголовник схватил Диму за ногу и поволок в сторону Саркофага, туда, где в железобетоне виднелись длинные, диаметром почти в метр каналы, уходящие вертикально вглубь подножия на добрые полтора роста человека. Кто и зачем их сделал когда-то было неизвестно, но сейчас они стали частью извращенной кровожадной фантазии Сапога. Уголовник подтащил Шухова к одному из них и ногами вниз столкнул в дыру, нагнулся над ней, прицелился, выстрелил несколько раз из пистолета, а потом принялся заваливать эту могилу с еще живым человеком в ней кусками бетона, кирпича, просто заваливать землей, песком и щебнем. Из недр дыры донесся дикий, нечеловеческий вопль. Черт вскинулся было, но понял уже, что опоздал. Он ни за что не вынет уже умирающего из могилы, да и сумасшедший Сапог не даст.
Зэк скоро завалил могилу до самого верха и старательно утоптал землю. Под маской противогаза не было видно звериный оскал на его лице и пенящуюся от бешенства на губах слюну.
— Доволен? — безразлично спросил Черт.
— Доволен! — прохрипел Сапог, — Вот так! Живым его, падлу, прикопал!
— А стрелял зачем? Патроны некуда девать?
— А для надежности! Вдруг очухается и выберется?
Черт только усмехнулся в ответ. Ну да, конечно. Человек с пробитой головой выберется из бетонного вертикального канала глубиной метра три с половиной, еще и заваленный сверху щебенкой. Гениальный ответ, лучшего и не надо.— Идем! — скомандовал наемник и взялся за ступени лестницы, перешагнув через труп Грача. Но Сапог медлил. Что там еще такое? Черт обернулся и так и замер на месте.
Прямо на них неслось жуткое чудовище. Черное, как мрак самой глухой ночи, оно стелилось по земле, извиваясь, подобно исполинской змее, но было видно быстро мелькающие лапы. Узкое тело мчалось вперед с непостижимой скоростью, а оскаленная гигантскими, ярко-белыми клыками пасть не оставляла сомнений в намерениях твари. Глаза на морде горели инфернальным огнем.
— ААААААААА!!!! — завопил Сапог и встретил чудовище длинной, в весь магазин очередью.
Уворачиваться от пуль, бьющих с расстояния в несколько метров, было бесполезно, и приближающийся монстр встретил их все до единой. Но это не произвело ни малейшего эффекта. Как в бетонную стенку палили, даже кровь не брызнула. А тварь, совершив гигантский прыжок, просто смела ударами лап уголовника, потом встала над телом и играючи, одним движением серповидных когтей развалила его тело пополам, несмотря на бронежилет и прочую защиту.
Потом обернулась к Черту. Наемник попытался поразить огнем морду чудовища, метя в глаза. Он уже понял — спастись не удастся, от такого зверя просто нет обороны, но желал, как и всегда, как можно дороже продать жизнь. Но и тут ему не улыбнулась удача. Тварь неуловимо, как играющая в воздухе бабочка скользнула в сторону, а мгновение спустя была уже рядом с человеком. Черт успел лишь заметить мелькнувшую в воздухе лапу с капающими кровью когтями, а потом все перед глазами закрутилось, завертелось и медленно погасло. Голова наемника, срезанная с шеи, изящно описала в воздухе красивую дугу и упала наземь, обрызгав все вокруг алым из перерезанных вен и артерий.
Чудовище, сразу же потеряв интерес к трупам убитых ею людей, не спеша подошла к могиле Димы и присела рядом. Потом легла, опустив голову на мощные лапы. Точь-в-точь как домашняя собака, ожидающая хозяина. Медовые глаза, в которых уже погас огонь смертоносной ярости, внимательно следили за заваленной ямой.
Ждать пришлось совсем недолго. Буквально через минуту могила озарилась лучами Темноты, бьющими прямо сквозь щебень. Тварь отползла подальше, чтобы ненароком не досталось и ей: она уже знала, что сейчас произойдет.
Пистолетные выстрелы Сапога разбили Черный Кристалл, спрятанный на теле Димы, а его осколки, смешавшись с кровью, попали в тело умирающего человека. Кристалл же был ни чем иным, как частью, плотью от плоти самого Монолита. Волею судьбы он спрятал находку в карман, а не в переполненный рюкзак. Судьба же и направила в итоге пистолетные пули именно в Кристалл, превратив его в пыль, напитавшуюся уходящей жизнью Димы. И Монолит выполнил последнее желание, вытянутое им из угасающего разума почти мертвого человека.
Из земли, из закопанной могилы били лучи Мрака, и в них начал формироваться человеческий силуэт. Скоро на земле стоял… сам Дмитрий Шухов, в своем обычном облачении ходока, даже с автоматом за плечом, только живой и здоровый. Но и он весь, и его одежда, и оружие были антрацитово — черного цвета, как и воскресивший его Кристалл. Осколок Монолита породил из живого человека призрака Зоны. Черный сталкер подошел к ожидавшему его чудовищу, присел на корточки, совершенно безбоязненно погладил ладонью покатый лоб. Тварь гулко заворчала, ласкаясь.
— Пойдем? — негромко спросил Шухов и улыбнулся неведомо чему своей черной улыбкой…..

…….И с тех самых пор бродит по земле зоны Черный Сталкер и мается он и нет черной душе его покоя. Став одной из немногочисленных легенд Зоны, ни живой, ни мертвый. Он появляется внезапно и там, где считает нужным появиться. Может наказать виновных, и помочь одинокому сталкеру попавшему в беду, а может просто пройти мимо, так как понятие справедливости у него странное, и никому непонятное. Не уязвим, и этим все сказано. Лучше, чтобы он был другом, нежели врагом. И сталкеры знают, что в самой безвыходной ситуации есть шанс что тот кто был когда то Димой Шуховым придет им на помощь…

 

 

Некромант

 

Трясло... Открыв глаза, разболелась голова и снова начало мутить...
Напротив сидел мой друг Петька, рядом и напротив еще дети, а еще военные, только не как обычные, снаряжение было странное...
Остановились... Было утро...
-Давай выгружай их.
Все вышли из машины. Дети начали плакать, звать родителей, в глазах читался страх...
У военных же напротив, взгляд полный безразличия у некоторых даже насмешкой
-Глядя на них, начинаю ненавидеть свою работу.
-Деньги получишь и сразу полюбишь, зато твои дети живы и здоровы. Маяки на всех прицепили?
-Так точно!
-Сколько времени до выброса?
-Мы кто тебе метеорологи что ли, что бы его предсказывать? Еще не было, значит будет. Ладно, хорош трепаться, отпускай их.
Сказали идти, но куда? Было абсолютно не важно. Шли долго, плакать уже перестали, очень хотелось кушать.
Начало темнеть. Утром? Но это темнело не в глазах от помутнения, а сам воздух становился непроглядно черным, тяжелым для дыхания.
Подул сильный ветер, дети снова начали плакать, мы с Петькой взялись за руки. И рев, нет рев не животного, а как будто ревела сама земля.
Под ногами прошла дрожь, ветер усилился, из-за рева уже не было слышно плача. А потом гул стих, ветер прекратился, детей тоже не было слышно.
Ощущение полной пустоты, абсолютная тишина.
Тьма начала рассеиваться и дышать стало легче, но появилась жгучая боль по всему телу, как будто всем телом прислонился к раскаленному предмету.
-Петька!!!- молчание - Есть кто-нибудь?
Солнце пробивалось через облака, серая картина осени в неизвестном месте разбавлялась лучами. Стоял на коленях и в руке вместо Петькиной, был непонятный, переливающийся яркими красками камень. А вокруг горстки праха. Все тело жгло. Посмотрел на руки, все в ожогах. виднелись кости, но боль отступала...

-Долго еще идти?
-Никак нет!- солдат посмотрел на маленький монитор и указал рукой - Нам туда!
-Далеко забрались. Вон даже АЭС видно, тем ценнее артефакты будут.
-Товарищ лейтенант, там кто-то есть!
-Проклятые зомби! Всем приготовиться! Подождите-ка, это же ребенок!!! За мной!
Он подошел и попытался из рук вырвать, то, что осталось от Петьки, на удивление у него ничего не получилось. Он показался на много слабее.
-Смотри-ка! Отдавать не хочет, видать твой дружок был, собирайте артефакты и валим. А щенка пристрелите, от него уже почти ничего не осталось.
К затылку приставили холодный предмет... Резко из виду пропал один из солдат... Рычание...
-ОГОНЬ!!!-
Стрельба, человеческие крики, звериный рев... и вновь тишина
Подошел странный зверь. Почему-то чувствовал его, он не желал зла. Он смотрел изучающе, обнюхивал, прикасался и отошел.
Сел чуть поодаль и смотрел, он и еще такой же. Тот, что был с ним разорвал банку консервов на пополам и кинул мне. Они смотрели...
Слезы потекли градом и крик сам вырвался изнутри, крик слабо похожий на крик ребенка, крик в котором практически ничего не осталось человеческого.....

Этот сон часто снится. Первый день...
Снорки были ранены, но прикоснувшись к ним, их раны затянулись.
Они отвели к деревне, где меня встретили люди, изуродованные, все в грязных лохмотьях, но от чего-то чувствовалось родство с ними.
Спустя некоторое время, вернулся на то место, оно оказалось совсем не далеко.
Прикоснулся к трупу военного и он встал, тупо смотрел на меня и по всюду за мной ходил. Он полностью слушался, пока не осыпался черным прахом.
В какой-то из книг читал, про людей, которые своим желанием воскрешают мертвых, одну из таких книг мама отнимала у меня со словами - Нечего всякую чушь читать, вон лучше уроки садись делать.
Спустя время узнал, что произошло и кто я есть, и на что способен...
И имя мне Некромант…

 

 

 

Картограф

 

Ветер привычно задувал под капюшон, развевал полы плаща. Но каким бы сильным он не был, капюшон всегда оставался на месте. Он надежно оберегал голову и идеально скрывал лицо. Лицо того, кто побывал в каждом уголке зоны, лицо того, кого считают легендой, но никогда не видели. Привычно сменив фильтр противогаза, он сделал пару отметок на карте планшета и отправился дальше. Во всем должен быть порядок, а это значит, что на карте этого сектора должны быть указаны все новые аномалии и появившиеся артефакты. Ведь он Картограф и в этом смысл его жизни.

С самого детства он очень любил рисовать. Когда он был маленький – карты пиратских кладов. Когда подрос и пошёл в школу – он часами мог просиживать на географии, рисуя карты. Он это обожал. Ему нравилось рисовать разные карты - линия к линии, точность до песчинки, правдивость – до метра. Он решил, что станет картографом. Но жизнь решила иначе.
Его забрали в армию и отправили в миротворческий контингент вокруг Зоны. Он постоянно собирал информацию перед боевыми выходами. Как результат, группа, с которой он ходил, шла самым хорошим маршрутом и редко попадала в аномальные участки. Его ценили, уважали и берегли.
Однако Зона так же за ним наблюдала. Однажды, в запале он сказал, что может составить детальную карту Зоны со всеми аномалиями, радиационными пятнами. Сказано это было громко и все обитатели кафешки смолкли. К нему подошел один мужичок и тихо так сказал: «Не подумай, что я сталкер, но Зона не любит таких высказываний. Своими словами ты бросил ей вызов и, считай, она его приняла». Но слова того мужичка не были поняты…
Однако через некоторое время он вспомнил их. Во время очередного глубокого рейда, группа попала в лабиринт, состоящий из одних аномалий. Они плутали более 14 часов, но внеплановый Выброс прервал их мучения….

Он очнулся в темном подвале, осмотрел себя и понял, что все еще жив. Все что он помнил, так это то, что был Выброс, а так же знание того, что выжить на открытой местности во время Выброса нереально, точнее, реально, но исключительно в виде зомби. Он лежал неподвижно в течение нескольких часов, пока не вспомнил об обещании составить точнейшую карту Зоны, как его предупредил мужик о возможном возмездии за такие слова, и что все случившееся и стало карой Зоны за самонадеянность.
Выбирать не приходилось, надо было возвращаться. Двигаясь в сторону Кордона, он по привычке заносил на карту все встречаемые им аномалии, было странно, что монстры не замечали его и шли по своим делам дальше. Это было очень выгодно, при условии полного отсутствия оружия. Дойдя до Кордона, он еще сомневался, все ли с ним в порядке, но солдаты узнали и пропустили его. Сидя у начальника КПП и давая детальный отчет о том, что случилось, он вдруг почувствовал тошноту и слабость, после которой потемнело в глазах и он упал со стула…

«Если ты думаешь, что ты выжил случайно, то ошибаешься. Я решила дать тебе шанс исполнить свое обещание. Составь самую точную и детальную карту со всеми объектами и тогда я тебя отпущу. А пока ты этого не сделаешь, ты сможешь жить только тут, подпитываемый моей энергией. Не волнуйся, мои дети не тронут тебя. Ты будешь знать все, твоему взгляду будет доступно все, заноси это на карту. Только помни - Выброс все изменит, и если ты не успеешь, то придется начинать все сначала».
…Это была гонка, попытка вырваться из этого замкнутого круга, но всегда находилась какая-нибудь мелочь, которую он не учел. Он мог выйти за границу Зоны, но уже через пару тройку километров ему становилось хуже и приходилось возвращаться…
Он ушёл в Зону. Он бросил, почти отрезал платок жизни – и начал плести его по-новому.
Его не трогали монстры и он проникал в такие участки, куда не каждый бывалый сталкер мог залезть. Многие сталкеры отдавали огромные деньги ради его карт, несмотря на то, что они были верны только между Выбросами.
Он расстался с мечтой покинуть Зону - его влекла новая идея, изучить Зону от края до края, все ее потайные места.

 

Уже больше суток Чалый плутал в этой невидимой смертельной ловушке. Он проклял тот час, когда подвязался на этот, как ему тогда казалось, выгодный и простой заказ. Напарник погиб практически сразу, а вот он мучительно ждал своей смерти в этом лабиринте аномалий. Внезапный порыв ветра принес прохладу, но вместе с ней к его ногам опустился клочок бумаги. Он поднял его и всмотрелся. Детальная схема прохода между аномалиями, с указанием их радиуса воздействия. Это был его счастливый билет. Шанс, выпадавший один раз на миллион. Оглядевшись и прикинув свой маршрут он сказал в никуда:

- Спасибо, Картограф

- Используй мой подарок с умом.

Эту фразу ему принес тот же порыв ветра, шепотом сотни голосов.....

 

 

 

Омега

 

-Да, это просто танк ходячий, он один стоит всех ваших хваленых боевиков оперативников, да с его способностями мы можем все что захотим. Стратег, и вы утаивали от нас этого оперативника? Даже если все то, что про него пишут в личном деле, хотя бы на половину правда мы . . .

- Увы, не на половину, а полностью. И хватит позывных, мы не в зоне. И к сожалению, в личном деле, на которое вы так опираетесь, ни слова не сказано, через что ему пришлось пройти, прежде чем стать таким. Да, он практически неуязвим, телепат, самый совершенный детектор аномалий, может пережить выброс как чертовы фанатики с ЧАЭС, ему в Зоне сам черт не брат. И вы забыли, что он человек. А это много значит.

- В первую очередь, он оперативник СБ, а когда-то был просто наемником. А наемничество, статья между прочим. И мы легко ему можем напомнить, что

- Оставьте эту чушь. Хотел бы я посмотреть на смертника, что попытается ему права качать. Ты то, ты се. В лучшем случае он развернется и уйдет. Хотите посмотреть на тех, кто его посылал разгребать дерьмо минуя меня, да еще в приказном порядке?

- Что вы себе позволяете? Уважайте субординацию!!!

- Он ее то же уважает. И приказы всегда выполняет. Чувство долга у него гипертрофировано. Только вот по возвращении, одни случайно погибают, а другие тупо пускают слюни в нашей дурке. Врачи ставят один и тот же диагноз. На их сленге то ли мозги поджарили, то ли мозг закипел. Не помню. Запомните. Им нельзя управлять. Ему нельзя врать. Его можно только просить, говоря только правду. Вы спрячете ложь внутри себя, он заставит вас вытряхнуть ее на поверхность.

- И как же вы им управляете, то есть просите?

- Просто говорю все, что есть, все что знаю, что узнал дополнительно и просто прошу разобраться. И еще, я его никогда не подставлял, потому то он мне всегда помагает.

- То есть нам на него рассчитывать не придется?

- Если хотите жить, считайте, что этого разговора не было......

.......

- Товарищ генерал, а кто это был?

- Очередная задница с большой земли, решившая силами наших оперативников решить свои проблемы. Кстати, почему мне не доложили, какие результаты проф осмотров?

- Все в порядке, товарищ генерал, есть один момент. Заключение психолога по оперативнику Омега. Он допущен конечно же, как и все остальные. Но он, психолог, сделал маленькую пометку. И я не совсем понял, что она означает.

- Оставь, сам разберусь. И можешь быть свободен, в смысле иди уже отдыхай. Я до поздна.

- Слушаюсь товарищ генерал, всего доброго.

 

"... Даже принимая во внимание все изменения, которым подвергся оперативник за время несения службы, я с точностью могу утверждать, что намечается кризисная ситуация. Я не исключаю ментального воздействия во время собеседования, однако основываясь на наблюдениях, сделанных за последний месяц, утверждаю, что у оперативника наблюдается морально психическое истощение. Выражаясь простыми словами, оперативник устал и продолжает работать только на своих высоких морально этических принципах. Настоятельно рекомендую дать оперативнику продолжительный отпуск."

 

Отпуск, моральное истощение. Да он уже раз сто должен был подохнуть в зоне, приводя там все в порядок, пытаясь сохранить ту стабильность, которая позволяет всем относительно мирно сосуществовать. Он не просто устал, а устал, как устает металл и отпуском тут уже не поможешь. Он устал нести свое бремя. Только бы он не совершил ошибки.....

 

 

 

 Валерьич

 

В недалёком 2008 году я, работая фотокорреспондентом одного из журналов о природе, получил потрясающую командировку в Припять. Задание было интригующим - надо было написать большой очерк, подкреплённый фоторядом, об изменившейся после первого взрыва реактора среде Зоны. Основное было - описать изменившийся мир растений, поскольку данных от засекреченных исследований приходило крайне мало, а интерес общественности был велик... Как редакция смогла добиться пропуска для обычного фотокора, ума не приложу! Быть может, помог тот факт, что мой отец был одним из учёных, сотрудником секретной лаборатории, трудившейся там. Или уже умер от передозировки радиацией. Кто знает, ведь история его судьбы сейчас под грифом "Секретно". Быть может, трудится там и я смогу его наконец хотя бы повидать, узнать, что он жив-здоров?! Или он и устроил эту поездку для меня?..

Получив все необходимые документы для пропуска в Зону, на КПП встретился с Анатолием Захаровым - проводником и по совместительству водителем УАЗика. Мы выехали на место. По дороге попытался разговорить этого немолодого и неразговорчивого, узнать о том, какая здесь политика этих группировок и можно ли встретиться с местными учёными. Но от этого солдафона ничего не добьёшься! Бросил эти жалкие попытки. И я приступил к работе. Однако в первый же день случилось то, что никто не мог предвидеть. Я снимал необычные растения у РЛС, собирал пробы (гербарий для себя, хотя не был уверен, что вояки не изымут при выезде с Зоны), когда вдруг меня повело. Головокружение, тошнота, расфокусировка зрения. Ноги подкосились и я провалился в небытиё. Когда очнулся, на ватных ногах подошёл к УАЗику. Водитель спал, как ни в чём не бывало. Но разбудить не смог - он оказался мёртв. Что делать?! Переложив его на заднее сиденье и изучив карту, поехал к КПП. Но по дороге снова вырубился. Очнулся от дикой боли. Капот в дерево, машина горит, а ногу зажало искореженным от аварии металлом. Выбрался еле-еле живой, как раз перед тем, как авто взорвалось. В полубессознательном состоянии сколько я был... Не знаю. Помню всё, как в тумане. Зачем то жевал собранные травы, куда то ковылял... Меня водило кругами целыми днями, пока не выздоровел. Как? Видимо травы помогли - я каким-то неведомым образом знал, какую съесть, какую высушить, какой корень поможет от какой хвори... Это вдвойне странно, ведь они и их свойства изменились здесь вместе с изменением Зоны, и все мои прежние знания были здесь не нужны.

Тогда то я за всё это время и увидел первого человека. Он был ранен, валялся без сознания. Я выходил его травами. Военный оказался монолитовцем. Хороший парень, только странный какой-то. Ну да бог с ним... Главное, что выжил! Позвал меня к ним в лагерь, и я согласился. Жил с ними, пытался понять... Но не прижился. Не моё это! А Лес звал обратно. Его зов был выше социальных связей. Как я радовался, когда вернулся в его чащу, не пересказать!

Говорят, история повторяется дважды... Скоро я встретил ещё одного бойца. Нефрит, как он назвался, уже был готов испустить свой последний вздох. "Рано, сталкер!", - сказал я ему. И не дал умереть - вытащил бедолагу с того света также травами и... ему легче стало, когда мои руки вдруг сами вокруг его тела кружить стали... Пока он поправлялся, живя у меня в хижине, много говорил. Добрый человек, он почему то называл меня знахарем. Знахарь Валерьич, ха! Я не противился. Какая разница, как назовут. От него то я и узнал, что виной случившемуся со мной был второй выброс. Как я выжил? Не знаю! Видно, уготовано мне ещё что-то исполнить. Сталкер сказал, что возможно Зона заботится о некоторых людях, кто относится к ней с добром. И я должен им помогать. Им или Ей? Вопросов было больше, чем ответов. Я искал их несколько лет по всей Зоне. Я нутром чуял одни аномалии и обходил стороной, а другие мне почему-то не причиняли вреда. Я знавал многих: и те, что уже в другом мире, и тех, кто продолжает коптить это небо. И вот, что понял: залётные журналисты, фотографы видят лишь обрывки картины, не постигая сути, величия и глубины того, что называют Зоной. Лишь некоторые старики-сталкеры приближаются к тому мироощущению, что роднит с Зоной выше кровных уз. А эти залётные писаки что могут понять?! Я стал вести свою фотолетопись жизни её величества Зоны во всех её проявлениях. Быть может, мои архивы когда-нибудь смогут приоткрыть тайну этого непостижимого явления... Ведь я уже и не помышляю о том, чтобы покинуть это место. Это уже мой дом...

 

 

 

 Звонарь

 

Лес, пасмурная апрельская погода, повсюду снег и подтаявшая жижа. Ноги и одежда безжалостно промокли, но группа сталкеров продолжала двигаться к бункеру Лесника. Проходя мимо базы Свободы группа остановилась, попросив у Свободовцев погреться у костра, подкрепится и согреться, как говорится, «изнутри». Свободовцы тепло приняли сталкеров, щедро угостили тушенкой и антирадом, послушали песни под гитару. Подкрепив силы и поблагодарив друзей за гостеприимство, группа двинулась дальше.

- так, за этим поворотом нужно углубится в лес и метров через 200 должно быть жилище Лесника. Будьте осторожны, старик не очень то любит незваных гостей, смотрите под ноги. – сказал Зонарь напарникам.

- я надеюсь ты не зря нас сюда завел, сам понимаешь, зря пилить в такую дремучую глушь было бы как минимум обидно. – пробубнил Щука.

- спокуха, я точно знаю что Лесник знает где искать хрустальную розу, а сколько за неё обещали ты слышал. Дело выгодное и стоит и риска и проделанного пути – ответил Звонарь

- хорошо, согласен, извини. Нервничаю просто. – ответил Щука.

Так они брели пока не увидели в лесу очертания заветного бункера. Аккуратно, след в след группа подошла к бункеру Лесника. Лесник стоял у входа в бункер, что-то поджаривая на прутике над костром. Завидев гостей, он снял с плеча СВД. Увидев Звонаря приветливо кивнул и закинул винтовку на плечо.

- Здравствуй старик – окрикнул Звонарь

- Ну здоров, коль не шутишь – ответил Лесник

- Мы к тебе по делу. Слыхали ты знаешь где артефакт ценный найти можно, хрустальную розу. Уж больно она нам нужна. Не подсобишь?

Лицо старика помрачнело…

- зачем она тебе? Ты хоть знаешь, что это? Недоброе это дело …

- знаю и что это, и цену его знаю, и про опасности догадываюсь. Не зря же мы к тебе шли. - перебил его Звонарь.

- ну воля твоя, она тут, забирай… если сможешь – мрачно сказал Лесник указав пальцем в внутрь бункера.

- хорошо, спасибо. Пойдем братва. – сказал Звонарь повернувшись к напарникам.

Трое сталкеров включив фонари рванули в бункер, но вдруг… Свет погас, раздался взрыв и звериный рев. Из двери бункера вырвались клубы дыма, пыли и где-то вдалеке послышались жалобные стоны. Из клубов дыма на мгновенье показалась окровавленная рука и голова Щуки, и тут же скрылась обратно.

- Не передумал? – спросил Лесник.

Не отвечая Леснику Звонарь выхватил из рук Лесника зажженный факел и рванул в бункер. Снова раздался рык, крики звонаря, снова рык, но уже какой-то приглушенный и все стихло… Спустя минут десять из входа в бункер вывалился звонарь. Вся одежда была в клочья разорвана, все тело было в рваных ранах, кровь хлестала ручьем из зияющих ран, на вытянутой левой руке он держал заветный артефакт, а обвисшей правой рукой волочил голову кровососа. Попав на свет, цветок ярко вспыхнул, заставив Лесника прикрыться рукой. Звонарь сорвал с себя остатки окровавленной куртки и завернул в него артефакт, после чего обессилев и трясясь от холода упал на одно колено. Лесник заботливо бросил ему на плечи старый плащ и с досадой еле слышно промолвил….

- Ведь говорил же…

Вдруг из леса вышли два темных сталкера, прошептали что то на ухо леснику, на что тот утвердительно кивнул. После чего взяли Звонаря под руки и понесли в чащу леса. Долгое время никто ничего о нем не слышал. Но иногда доходили слухи о том, что в разных уголках зоны его встречали, но, как гласили слухи, мало кто после этого возвращался. И только Лесник знал, как все было и что с ним…